Голованов кивнул.

Матерый неожиданно зло ухватил Сергея за лацкан пиджака.

– Может, ты что-то не договариваешь, друг ситный, может, взаправду был у них «под крышей»?!

– Нет, Андрей, клянусь Богом, платил только за место! – Коммерсант, ожидавший встретить совсем другое отношение, чуть не плакал. – Клянусь, правда!

– Ты действительно сказал про меня?!

– Да!

– И ему, стало быть, до лампочки?! Интересно! – в глазах Андрея разгорались злобные огоньки. – Ладно, иди торгуй. Разберемся! Ну, – обернулся он к остальным, когда Голованов ушел, – что думаете?

– Мне кажется, барыга врет, – безапелляционно отрезал Тимур. – Так нахально плевать на воров никто себе не позволит.

– Ты уверен? – скептически усмехнулся Владимир Белявский, по кличе Белик. – Коммерсант-то тоже не самоубийца, а насчет «плевать», вспомни лучше Кадиева, да будет земля ему пухом! Здорово он тогда Филина подставил!

– Но Савицкий не был беспредельщиком, – неуверенно возразил Тимур. – А к Голованову его ребята приходили... Бывшие.

– Вот именно, бывшие, – вмешался в разговор угрюмый, толстый Леня. – Все течет, все меняется. До меня дошли слухи, будто Мирон объявил, что больше воров знать не знает, авторитет их, дескать, ничего не стоит, раз Кадиев на него положил с прибором.

– Кадиев получил свое от Филина! – тихо сказал Матерый.

– Так уж и от Филина, а может, от Мирона или еще от кого, – снова встрял Белик. – Точно неизвестно! Конечно, Филин не прочь взять смерть Кадия на себя, авторитет ему здорово подмочили, но...

– Замолчите! – стукнул кулаком по столу Волков. – Без толку базарим! Забьем Мирону стрелку, потолкуем, разберемся. Если барыга сказал правду – пусть вернут деньги и накажут беспредельщиков. У меня все. Другие предложения есть?

Все молчали. Лишь толстый Леня недоверчиво пожал плечами, но и он воздержался от комментариев.