Войдя в зал, я увидел, что Рикарду уже на месте. Если бы не свежая рубашка, я мог бы поклясться, что он провел всю ночь за своим столом.

Появилась Изабель, и я широко улыбнулся ей. Она ответила мимолетной дежурной улыбкой, ограничившись коротким: «Привет».

Я бросил пиджак на стол, взял стаканчик с кофе и направился к Джейми. Тот о чем-то болтал с Дейвом, трейдером-толстяком из Ромфорда.

— Утро доброе, — сказал Дейв. — За первый день мы тебя еще не угробили?

— Пока жив.

— Во сколько ты вчера ушел? — спросил Джейми.

— Около одиннадцати.

— Для первого дня совсем неплохо. Могу предположить, что, когда ты выходил, Рикарду все еще был на месте. Угадал?

Я кивнул. Мы помолчали, впитывая утреннюю дозу кофеина.

— Изабель мне вчера рассказала о Мартине Бельдекосе.

— Да уж, поганая ситуация, — кивнул Дейв. — Очень поганая ситуация.

— Изабель говорит, его убили.

— Я слышал, что полиции Каракаса поймала негодяев.

— Насколько я знаю, это еще не вся история, — Дейв произнес это чуть ли не шепотом.

Мы с Джейми выжидающе уставились на него.

— Ходят слухи, что это было не просто ограбление с летальным исходом. Мигел на прошлой неделе был в Каракасе. Поговаривают, что это было заказное убийство.

— Заказ? — Джейми не скрывал своего изумления. — На Мартина? Консультанта по правилам торговли, скромного лысеющего очкарика? Он что, пытался завладеть южноамериканским франчайзингом по выпуску канцелярских скрепок?

— О контракте рассказал Мигел, — Дейв пожал плечами. — А ты знаешь, что у него везде свои люди.

Наша беседа была прервана двумя резкими хлопками в ладоши. «Семь-пятнадцать, companeros!» — напомнил Рикарду. Шум в зале сразу же стих, и мы столпились вокруг босса.

Проблемы, обсуждавшиеся на утреннем совещании, стали, казалось, чуточку более понятными. Венесуэльские новости припугнули рынок: цены упали на пять пунктов. Но знающие люди считали, что прекращение переговоров с МВФ — это лишь театральный жест стареющего президента страны. Эту информацию мы решили придержать для себя, чтобы пополнить собственный портфель подешевевшими венесуэльскими облигациями. Потом можно будет поведать о случившемся остальному миру.