Стол сработали из дерева, снятого с фрегата «Конститьюшн»

— Приятно видеть вас, молодой человек. Вы так увлечены бизнесом, что заглядываете сюда гораздо реже, чем мне хотелось бы.

Джек пожал руку тестю и сел.

— Предпочитаю думать, что бизнес — это созидание, а отнюдь не преодоление усилий тех, кому не хочется, чтобы ты что-то создал.

Уолкотт улыбнулся:

— Две стороны одной медали. Шотландского?

Джек кивнул. Уолкотт положил сигару в пепельницу и достал из ящика бутылку виски. Разлил напиток по стаканам, не добавляя ни воды, ни льда. Они чокнулись, выпили.

— Кимберли говорила тебе, что в Хартфорде продается радиостанция? Ей хотелось бы, чтобы «WCHS, Инкорпорейтед» купила ее.

— Эта радиостанция теряет деньги, — без обиняков заявил Джек.

Уолкотт взялся за сигару.

— Ты считаешь, дискуссия окончена?

— Нет, конечно. Но я хочу, чтобы меня убедили в том, что в покупке радиостанции, теряющей деньги, если потенциальные плюсы.

— Кимберли нравятся передачи этой станции.

— Знаю. Она мне говорила. Классическая музыка и информация. Кимберли уже заявляет, что ей стыдно быть женой президента WCHS. Она говорит, что вкус у меня ничуть не лучше, чем у моего отца.

— Она так сказала? Не воспринимай это всерьез. Женщины, особенно молодые женщины…

— Я знаю. И не беру в голову. Полагаю, вам известно, что она опять беременна.

— Поздравляю. Вы создаете славную семью.

— Да. Джон — отличный парень. Доставляет мне столько радости. Я… э… пришел по делу.

— Я об этом уже догадался. Что я могу для тебя сделать?

Джек сунул руку во внутренний карман пиджака, достал бумажник, вынул из него сертифицированный чек

— Что это?