Эта мысль показалась ему несерьезной. Конечно, у них было не так много общего. Кроме того, в стене могли появиться оголенные электрические провода. Делить келью с новым жильцом было просто непрактично.
Тем не менее, мышь заинтересовала его. В ней была какая-то отвага. И она была такая…
Беззащитная, подумал он. Я бы запросто мог убить ее.
Но нет, больше никогда. Никого, даже мышь.
Он решил оставить ее у себя. На испытательный срок. До первого нарушения режима.
Пока будет соблюдать целибат, позволил он себе пошутить.
12
Отец Хафер побледнел.
— Вы хотите сказать?..
— Я прошу вас дать мне шанс на спасение. В ином случае…
— Если я отвергну вашу просьбу, то возьму на себя ответственность за ваше самоубийство? За то, что ваша душа окажется в аду? Это абсурдно.
— Это логика, которой вы придерживались минуту назад. Вы же сами сказали, что будете чувствовать свою вину, если позволите мне пренебречь вашими предостережениями, нарушить клятву и заслужить вечное проклятье.
— А теперь я окажусь виновным в том, что не приму вас и вы заслужите проклятье, совершив самоубийство? Это смешно, — сказал отец Хафер. — Послушайте, знаете ли вы, с кем говорите? Я здесь исполняю волю Всевышнего. Я попытался с уважением отнестись к вашей просьбе, а вы сейчас обвиняете меня в том, что… Извините, но мне остается лишь указать вам на дверь.
— Но вы исполняете волю Всевышнего. Вы не повернетесь ко мне спиной.
Казалось, отец Хафер не слышал его слов.
— И это прошение, — раздраженно проговорил он и показал на стол. — Я подозревал, что там не все в порядке, Вы утверждаете, что ваши родители умерли, когда вам было десять лет.
— Это правда, — выдавил из себя Дрю.
— Но вы почти ничего не пишете о том, что с вами происходило после их смерти. Вы пишете, что обучались в некой технической школе в Колорадо, но вы явно получили гуманитарное образование — вы знакомы с логикой, историей, литературой.