Таким образом, пришел к выводу Сол, они работали не на публику, рассчитывая привлечь к себе внимание рекламой. Но, черт побери, зачем? Сол не находил никакого более-менее логичного объяснения. Элиот всегда был приверженцем осторожности. Так в чем же дело? А еще Сола беспокоило то, что ему было ведено отправиться в Атлантик-Сити. Раньше, выполнив задание, он приходил в заранее условленное место за деньгами и дальнейшими инструкциями, это все ожидало его в шкафчике раздевалки гимнастического зала в Вашингтоне. Элиот знал, что Сол любил горы, Вайоминг, а особенно Колорадо, и всегда отправлял его именно в эти места. Тогда какого черта он послал его теперь в Атлантик-Сити, думал Сол? Он еще никогда тут не бывал. Здесь так многолюдно. Ладно, еще можно стерпеть присутствие других людей, когда ты становишься на лыжи. Сол очень любил лыжи. Сейчас же ему казалось, будто он попал в муравейник.

10

— Проклятые ублюдки, — произнес президент и ударил кулаком о ладонь другой руки. Он не спал. Новости подействовали на него ужасающим образом, куда сильнее, чем недавнее покушение на его собственную жизнь. Он дрожал от усталости. Лицо было гневно и в то же время печально. — Я хочу знать, кто убил моего друга, — сказал президент. — Я хочу знать, кто эти сукины дети. — Он внезапно замолчал. В отличие от своих предшественников, он знал, что от многословия пользы нет никому, тем более говорящему.

Интересно, знает ли президент, о том, что ленты с записями его разговоров в Овальном зале Белого дома переписаны? — думал Элиот.

Шеф ЦРУ сидел рядом с Элиотом.

— КГБ вошел с нами в контакт, — докладывал он. — Они наотрез отказываются признавать какую бы то ни было причастность к этому делу.