Устав мучиться с сигарой, я затушил ее в пепельнице, прокашлялся, отхаркнул никотиновую мокроту и покосился в переднее зеркальце. Ну, вылитая копия Эрика Андерсена! И одежда (нелюбинские агенты в США прислали подробное описание его гардероба), и морда лица. Мать родная не отличит. (В смысле американская, не моя.) Кстати, в данном направлении конторским гримерам даже трудиться особенно не пришлось. За истекшие трое суток я здорово постарел и без их помощи. Высох, осунулся, обзавелся несколькими морщинами и тусклым недобрым блеском в глазах. С утра до ночи я почти без отдыха штудировал увесистое досье Андерсена, оказавшегося на редкость отвратным субъектом (пять раз казнить, и то мало!). Заучивая наизусть десятки страниц текста, отпечатывал в памяти фотографии его знакомых и подробные справки о них, старательно перенимал повадки, привычки и вкусы «объекта». Пренеприятнейшее, доложу вам, занятие! Во всем этом имелось лишь одно светлое пятно – в отличие от большинства своих американских коллег полковник не был гомосексуалистом. Слава Тебе Господи! Не хватало мне только извращенца изображать. Для полного «счастья»... Спать я ложился очень поздно, обязательно со снотворным и до утра мучился кошмарами. То мне снились кровавые «подвиги» Андерсена в Афганистане (советских времен), в Боснии, в Герцеговине, в Косово, в Ираке... То я вновь тащился сквозь темноту по узкой, корявой тропинке с непосильной ношей на спине. Все чаще возникало желание избавиться от нее, сбросить на землю. Сердцем я чуял, что делать этого ни в коем случае нельзя. Однако искушение с каждым разом усиливалось...

– Обмен! Готовьтесь! – вдруг отрывисто пролаяла рация.

Иван жестом предложил мне выйти из машины. Спустя минуту на тропинке показался серебристого цвета «Лендровер» с чернокожим парнем за рулем. На заднем сиденье бессильно распластался «объект» с перекошенным синим лицом и закаченными под лоб глазами. В шее у него торчала миниатюрная стрелка с крохотным оперением. Судя по всему, для нейтрализации Андерсена использовали тот самый нервно-паралитический препарат, по сути, яд растительного происхождения, действие которого не так давно мне довелось испытать на собственной шкуре (см. «Похититель душ»).