– Джейд, что там? – встревоженно спросила Дина, бросившись к подруге.

Джейд молчала, в ужасе глядя на листок бумаги, упавший на кофейный столик.

Чак тоже поднялся. Дина взяла письмо, прочитала его, и по спине у нее пробежал холодок.

По сути, это было не письмо, а печатный текст, над которым был рисунок.

Электропила.

Красным маркером были изображены капли крови, падающие с пилы. «Кровавый» след вел к жирным черным буквам внизу страницы: ТЕПЕРЬ ТВОЯ ОЧЕРЕДЬ.

– Просто невероятно! – воскликнула Джейд. – Какой кошмар!

– Он точно маньяк, – тихо проговорил Чак.

– Ну, теперь, по крайней мере, мы знаем одну вещь, – сказала Дина, отводя глаза от отвратительного рисунка.

– Какую? – спросила Джейд.

– Мы знаем, что это не Фарберсон, – объявила Дина. – В тюрьме ведь проверяют всю почту? Они никогда бы не разрешили Фарберсону послать такое письмо.

– А ведь и правда! – немного успокоилась Джейд. – Но тогда от кого оно?

– А может быть, Фарберсону удалось передать его через кого-то? – предположил Чак, глядя на окровавленную пилу.

У Дины перехватило дыхание.

– Е-его никогда не выпустят. Он убийца, – едва слышно пролепетала она.

– Есть только один способ узнать это, – сказал Чак. – Поедем на Фиа-стрит и посмотрим, кто живет в доме Фарберсона.

– Да ты что?! – испугалась Джейд. – Когда мы были там последний раз, нас чуть не убили!

– Мы даже не будем выходить из машины, – заверил ее Чак. – Мы просто проедем мимо. Просто посмотрим. И тут же уедем. С нами ничего не случится.

– Да там даже смотреть нечего, – возразила Дина. – Я хочу сказать, после ареста Фарберсона дом пустует. Мне это папа сказал.

– Ну, тогда тем более нечего бояться, – решил Чак. – Одевайтесь и пошли.

С первого взгляда Фиа-стрит ничем не отличалась от других улиц Шейдисайда. Но когда они проехали мимо выгоревшего дотла особняка Симона Фиа и кладбища Фиа-стрит с древними могильными камнями, торчащими из земли, словно руки мертвецов, уже никого не удивляло, что об этой улице рассказывали такие жуткие истории.