Теперь это за него должны были сделать мудрые чародеи. Если же им не удастся… ровный строй солдат за троном царя, держащих наготове короткие пики, красноречиво демонстрировал, какими будут последствия.

Мучительная тишина длилась и длилась. И тут Амуккани, предводитель халдейских прорицателей, откашлявшись, попытался угодливо улыбнуться царю.

— Возможно, моему повелителю послано видение от самого Кишара — видение, которого достоин только царь. Возможно, бог лишил тебя памяти, чтобы ты не смог рассказать его простым смертным.

Он низко поклонился, а Навуходоносор впился в халдея пронзительным взглядом.

— И какой же в этом смысл, глупец? Послать мне видение, чтобы отнять его. Если оно даже предназначено только для меня, я должен знать его!

Перебирая напомаженные локоны бороды, царь повернулся к Ариоху.

— Надеюсь, пики твоих солдат остры. Эти типы, присвоившие себе звание мудрецов, скользки, как угри.

Начальник стражи расплылся в улыбке. Подобно большинству вавилонян он боялся могущества магов не меньше, чем могущества демонов. Недурно бы полюбоваться, как они будут извиваться на остриях пик.

Чувствуя, как быстро уходит время, театральный возглас издал египтянин, так, будто неожиданная мысль посетила его.

— Мой повелитель! Я вижу! Мой разум осветился светом, словно зажгли тысячи факелов. И там, среди огней, река из пламени, и на реке…

— Молчи! — загремел голос царя. — Неужели ты рассчитываешь провести меня? Неужели думаешь, что я одна из тех глупых старух, что платят тебе за предсказания? Когда кто-то в точности расскажет мне мой сон, я сразу пойму это. И я сразу понимаю, когда какой-нибудь паршивый пес хочет обманом заставить меня поверить в то, что знает его. Довольно! Железо копий положит конец твоей лжи!

Он поднял руку, давая копьеносцам знак приготовиться.

— Постой! Заклинаю тебя, повелитель! — Второй халдей сделал шаг вперед, словно хотел прикоснуться к царю. — Пощади нас, и, клянусь, твой сон будет истолкован.