— Ничего подобного. — Элен покачала головой. Мало того что перед ней маячит перспектива увольнения, так еще проклятая листовка не дает покоя. — Знаете что, давайте пока остынем. Мы очень скоро узнаем, кого из нас вышвырнут на улицу. А если все время заводить себя, будет только хуже.
Сара повернулась к ней и прищурилась.
— Да ладно, хорош придуриваться! Уж тебя-то Марсело ни за что не уволит, и ты сама все прекрасно понимаешь. Он на тебя запал.
— Ничего подобного! — Элен покраснела.
— Он постоянно пялится на тебя из своего кабинета, как будто ты — золотая рыбка в аквариуме. — В глазах Сары замелькали насмешливые искорки. — Такая маленькая блондинистая рыбка!
— Не смеши меня, — промямлила Элен, но Кортни положила руку ей на плечо.
— Эл, послушай-ка мой прощальный совет. Ты не замужем, он не женат, а жизнь коротка. Смотри не упусти его!
Вдруг в дверь туалета постучали.
И все трое разом обернулись.
6
В просторном зале, занимаемом редакцией, умещалось пятьдесят с лишним угловых столов, на которых стояли компьютеры, телефоны и валялась всякая всячина — так сказать, напластования, культурные слои. Сейчас многие рабочие места пустовали. Элен проработала в газете достаточно долго и помнила времена, когда все столы были заняты и в редакции царила деловая атмосфера — совсем как в фильмах про газетчиков. Никто не расслаблялся, не отдыхал. Они находились в эпицентре важнейших событий. Теперь эпицентр переместился в Интернет, а в их редакции все больше пустых рабочих мест. Сегодня к ним добавилось еще одно — стол, за которым сидела Кортни.
Элен показалось, что с уходом Кортни редакция опустела, хотя она и понимала, что у нее просто расшалились нервы. Многие сотрудники разъехались на задания, разбежались по местам преступлений. Шерон Поттс из «Деловых вестей» и Джоуи Стампоне из «Спорта» сидели на своих местах и быстро-быстро набирали материалы, уткнувшись в мониторы и не глядя друг на друга. Видимо, чувствуют себя виноватыми — как и все, кому посчастливилось выжить после катастрофы. Одна Сара держалась как ни в чем не бывало. Она порхала по залу и без умолку болтала по мобильному телефону. Сейчас ее беззаботный щебет казался неуместным, как смех на похоронах.