Словно их не заметив, «мясник» помог Мейтерсону спуститься на палубу. Телохранитель проверил кают-компанию «Плясуньи», старший вошел внутрь, а я – следом за ним.

Условия для клиентов на нашей лодке были шикарные, не зря же я выложил за нее сто двадцать пять тысяч фунтов. Кондиционер хорошо справлялся с утренней жарой; облегченно вздохнув, Мейтерсон промокнул лицо платком и развалился на мягком сиденье.

– Это Майк Гатри. – Он ткнул пальцем в сторону «мясника», который расхаживал по каюте, совал повсюду нос и явно переигрывал, демонстрируя, какой он независимый и крутой.

– Очень приятно, мистер Гатри. – Я широко улыбнулся, изо всех сил стараясь понравиться, но он равнодушно помахал рукой, не глядя на меня. – Выпить не желаете, джентльмены?

Я распахнул бар с напитками. Оба взяли по банке колы, а мне с похмелья и после пережитого потрясения требовалось подлечиться. Первый же глоток холодного пива вернул меня к жизни.

– Итак, джентльмены, думаю, мне есть что предложить. Не далее как вчера мы поймали отличную рыбу, и по всем признакам вас ждет…

Майк Гатри подошел и пристально на меня уставился – глаза светло-карие, с зеленой крапинкой, как твид ручной выработки.

– Я тебя, случайно, не знаю? – спросил он.

– Не имел чести с вами познакомиться.

– Ведь ты вроде как из Лондона?

– Да я уж и позабыл, когда оттуда съехал, земляк, – старательно осклабился я.

Он без улыбки опустился на сиденье напротив и положил руки на стоявший между нами стол – ладонями вниз, пальцы раздвинуты.

– К сожалению, сегодня уже поздно, – бодро распинался я. – Если желаете порыбачить в Мозамбикском проливе, из гавани нужно выйти не позднее шести утра. Ну ничего, завтра встанем пораньше…

Мейтерсон оборвал меня на полуслове:

– Просмотри-ка список, Флетчер и, если у тебя чего нет, скажешь. – Он передал мне сложенный лист бумаги.