Было ровно тридцать две минуты девятого — так показал потом сторож Карло Прандони, только-только поднявший оконную решетку местного банка, — когда вдруг передняя дверца остановившейся машины с шумом распахнулась, и из кабины выскочил молодой человек. Лица его сторож не разглядел, ведь тот поднял воротник элегантного светлого плаща и надвинул кепку на лоб.

Незнакомец в мгновение ока очутился рядом с Джулио, бодро отмерявшим метр за метром, вежливо, но решительно его остановил и о чем-то спросил — скорее всего, как проехать. Джулио, переложив зонтик из правой руки в левую, показал дорогу. В эту минуту он походил, как напишет впоследствии один умник хроникер, на бедную Лючию Монделлу, которую по наущению Безымянного похитили разбойники «брави».

Стук захлопываемой дверцы слился с ревом мотора, вновь обретшего всю свою мощь. Сидевший за рулем водитель, видно, был наготове — молниеносно включил полную скорость, и машина, жалобно урча, вырвалась на автостраду.

Перед глазами двух случайных свидетелей осталось только взметнувшееся ввысь облачко пыли и бензиновых паров.

Дом Джулио Тарси, сына самого богатого в окрýге землевладельца, стоял на невысоком, густо поросшем зеленью холме.

Это был далеко не дворец и даже не шикарный особняк, а просто большой двухэтажный деревенский дом. Хозяева то и дело его расширяли, руководствуясь больше практическими нуждами, чем законами архитектуры. И все же округлые арки длинного портика на солнечной стороне и несколько выпирающий балкон с обвитыми плющом перилами придавали дому приятный вид. Множество окон на втором этаже, с навесами, карнизами и зеленоватыми ставнями, ясно свидетельствовало о том, в какой незыблемой простоте жили деды и прадеды нынешних владельцев.

В сущности, это был господский дом очень большой усадьбы, о чем говорили и крестьянские домишки, облепившие его, и всевозможные сельскохозяйственные машины, тарахтевшие чуть ли не у самого сада; и добротные хлева, черневшие внизу по всей равнине, насколько хватал глаз, служили тому лишним подтверждением. Там и сям попадались амбары вперемежку с загонами для скота и отдельными непомерно высокими строениями. Эти строения были самыми настоящими заводами по переработке сельскохозяйственных продуктов.