Эмили громко задышала, кивнула, в глазах у нее сверкнули слезы.

– Если я вам вдруг понадоблюсь, пожалуйста, звоните. – Страйд достал из кармана куртки визитную карточку и положил на стол.

Дэйтон Тенби, сидевший у камина, поднялся и, улыбнувшись, обратился к Страйду:

– Позвольте мне проводить вас. – И направился к двери.

Страйд пошел за священником. Дэйтон, нервный, худой, с мягкими женственными манерами, хорошо ориентировался в хитросплетениях комнат, умело лавировал в фешенебельной обстановке. Ступал быстро, но осторожно, на цыпочках, словно боялся оставить на коврах следы от своих стареньких ботинок. Невысокий, не выше ста шестидесяти сантиметров, с узким лицом и маленькими, близко посаженными глазами. Страйд отвел ему место хранителя прошлой жизни Эмили, той, что протекала до встречи с Грэмом.

Потирая щеку, через стекло в двери Дэйтон с любопытством посмотрел на улицу, обвел быстрым взглядом толпу, которая, похоже, не собиралась расходиться, обернулся к Страйду и негромко произнес:

– Как хищники на добычу налетели.

– Точно, – промолвил Страйд. – Однако и от них бывает польза.

– Несомненно. Благодарю вас, лейтенант, за то, что вы зашли к нам. Рейчел – девушка непростая, но мне очень не хотелось бы, чтобы она пострадала.

– Вы давно ее знаете? – поинтересовался Страйд.

– С детства, – улыбнулся священник. – Эмили правильно сказала. Все началось после смерти Томми, с которой Рейчел так и не сумела смириться. Она любила его до безумия. Горечь от потери отца со временем переросла в ненависть к матери.

– Давно это случилось?

Дэйтон поджал губы в задумчивости, нахмурил маленький лоб, подняв голову, уставился на лепнину на потолке.

– Значит, так. Рейчел было тогда восемь. Девять… да, девять лет назад.

– Как вы полагаете, святой отец, что произошло? Могла Рейчел просто убежать отсюда и у кого-нибудь спрятаться?