Ребус посмотрел на Конноли.

– Вот как?

– Мы тут поспорили, «День зарплаты» – это первый или второй альбом «Деакон блю»?

Ребус улыбнулся.

– Я вижу, дежурство действительно было спокойным, – сказал он и, немного подумав, добавил: – Второй.

– Ага! – воскликнул Конноли, поворачиваясь к Томми. – Ты должен мне десять фунтов!

– А можно и мне кое-что спросить? – Ребус попытался присесть на корточки, но услышал, как в коленях что-то громко хрустнуло.

– Валяйте, спрашивайте. – Конноли улыбнулся.

– Как вы поступаете, если кому-то из вас нужно отлить?

Конноли заулыбался еще шире.

– Если По Барабану спит, я беру его термос.

Томми Дэниелc едва не подавился своим супом.

Ребус выпрямился, чувствуя, как кровь стучит в ушах, предупреждая о приближении десятибалльного похмелья.

– Вы пойдете туда? – спросил Конноли, и Ребус посмотрел на дом рядом.

– Да вот подумываю.

– Нам придется упомянуть об этом в рапорте.

Ребус кивнул:

– Я знаю.

– Вы только что с проводов Фермера, правда?

Ребус снова повернулся к машине.

– К чему ты клонишь?

– Вы пили, не правда ли? Может, не стоит появляться там… в таком виде, сэр?

Возможно, ты прав… Пэдди. – Ребус покачал головой и шагнул к двери.

– Ты помнишь, о чем спрашивал меня в прошлый раз? – Ребус взял у Костелло чашку черного кофе, потом достал из упаковки две таблетки парацетамола и отправил в рот, запив двумя глотками крепкого, горячего напитка. Было уже за полночь, но Костелло еще не ложился. Черная майка, черные джинсы, босые ноги. Судя по всему, он успел сгонять в какую-то лавочку: на полу валялся пластиковый пакет, рядом стояла бутылка виски «Белл». Маленькая бутылка. Она была только почата. А парень-то, видать, непьющий, подумал Ребус. Только непьющий мог таким образом снимать стресс – глотнуть немного спиртного, за которым еще предварительно пришлось сбегать. Причем он не стал тратиться на большую бутылку, зная, что пары стаканов ему за глаза хватит.