Как спастись, куда бежать?.. И разве можно убежать от самого себя?
Ожидание расплаты для предателя не менее страшно, чем сама расплата.
Накануне гибели “король бубен” пришёл на ночное дежурство всё в том же душевном состоянии. Уже после полуночи к подъезду института подъехала машина, из которой вышли директор и трое в штатском, которых Голубцов никогда не видал.
Дрожащими руками вахтёр отворил им дверь, и они пошли наверх, в кабинет Леонтьева. Минут через двадцать, видимо, по их вызову приехал и начальник спецотдела института.
“Король бубен” почувствовал начало очередного приступа и принял сразу две таблетки нитроглицерина. Сердце немного отошло, и, сняв туфли, Голубцов тихо прокрался на второй этаж и заглянул в замочную скважину двери, ведущей в кабинет Леонтьева.
Всё было ясно: люди, пришедшие с директором, рассматривали в лупу замок того самого сейфа, из которого он первого мая извлёк чертежи и потом сфотографировал их, как его обучил этот проклятый немец с моноклем!
Значит, всё раскрыто и не сегодня-завтра придёт конец!
Уже на рассвете ночные посетители и директор уехали, а начальник спецотдела прошёл к себе…
“Король бубен” окончательно решил — хватит!.. И, выйдя на улицу, бросился под колёса мчавшейся навстречу пятитонки.
Когда приехала карета “скорой помощи”, Голубцов был уже мёртв.
Так выпала из колоды гитлеровской разведки ещё одна карта.
Следователь Ларцев
Старший следователь Ларцев, которому было поручено расследование по поводу плёнки со снимками секретных чертежей и формул нового орудия, сконструированного Леонтьевым, имел многолетний опыт следственной работы в советской контрразведке.