Зак показал карточку женщине, та нахмурилась и недоуменно произнесла:

– Что? Болтать по-арабски я еще с грехом пополам могу, но читать – это уж увольте!

– Вы говорите по-английски! – опешил Декамп.

– Ну да. Я же американка!

– Что вы этим хотите сказать? И какого хрена вы стоите тут, на обочине, одетая как местная, и размахиваете руками проезжающим мимо конвоям?

– Это долгая история. – Женщина, нисколько не смущенная его довольно грубым ответом, улыбнулась. – Я с радостью поделюсь ею с вами, но вам не кажется, что мы могли бы найти другое место, скажем так, более подходящее для учтивого разговора?

– Ах да, извините. – Декамп крепко пожал женщине руку. – Я команд-сержант-майор Зак Декамп из Пятого вспомогательного корпуса. А вы кто? Журналистка, решившая поближе познакомиться с местными жителями?

– Нет, я военнослужащая американской армии. Меня зовут Джейме Ричардс. Я служила в Пятьдесят седьмой отдельной вспомогательной группе Пятого корпуса. Скорее всего, я числюсь пропавшей без вести. – Она сняла с головы платок, и по плечам рассыпались длинные светлые волосы.

Декамп уже давно решил, что в этой жизни он повидал все, его больше ничем нельзя было удивить. Но… твою мать!

Капеллан Джейме Ричардс пропала без вести в самом начале операции «Иракская свобода». В первые дни войны. Об этом мало кто знал, потому что вся информация о случившемся имела гриф «совершенно секретно». Декамп был в курсе только потому, что часть, в которой служила Ричардс, находилась в подчинении генерала, командовавшей Пятым корпусом, размещенным в Баладе.

Джейме Ричардс. Декамп присмотрелся к ней внимательнее. Светлые волосы, несомненно, еще больше выгоревшие под палящим солнцем пустыни. На лице здоровый загар. В зеленых глазах не столько боль, сколько любопытство.

– У вас есть какие-либо документы, подтверждающие личность?

– Нет, я лишилась всего три года назад, когда меня похитили.

Документов нет. Но эта женщина определенно была американкой. Она явно знала то, что было известно немногим.