– Все не так просто.

– Несколько долбаных вопросов, вот и все, что я прошу.

Аркадий уступил место Виктору, который вытащил гроссбух из портфеля и сказал:

– Можно на ты, Бобби? – Он перекатил его имя во рту, как леденец. – Бобби, вопросов будет не один и не два. Мы должны переговорить со всеми, кто видел Пашу Иванова прошлым вечером – с его водителем и охранниками, с персоналом здания. Мы также должны просмотреть видеозаписи службы безопасности.

– Ожогину это не понравится.

Аркадий пожал плечами:

– Если Иванов не совершал самоубийства, значит, произошло нарушение системы безопасности.

– Кроме того, мы должны поговорить также с его друзьями, – добавил Виктор.

– Их здесь не было.

– Они знали Иванова. Его друзья и женщины, которыми он был увлечен, вроде той, вчерашней.

– Рина – большой ребенок. Очень артистична.

Виктор многозначительно поглядел на Аркадия. Сыщик как-то придумал теорию под названием «Трахни вдову» для определения вероятного убийцы – им считался тот, кто самым первым пришел утешить скорбящую супругу.

– То же самое и с врагами.

– У каждого есть враги. У Джорджа Вашингтона тоже были враги.

– Но не в таком количестве, как у Паши, – сказал Аркадий. – На него покушались несколько раз. Мы должны проверить тех, кто был причастен к покушениям, и выяснить, где они сейчас. Это дело займет не один день, и вопросов будет побольше.

Виктор ткнул окурок в самодельную пепельницу.

– Вдруг мы продвинемся в расследовании, а ты уедешь и бросишь нас со спущенными штанами и голой задницей?

– Рекомендую тебе бежать прямо сейчас, – вставил Аркадий. – Пока мы не начали следствие.

Бобби вцепился в софу.

– Я остаюсь.

– Если мы начнем следствие, то эта квартира – потенциальное место преступления, и для начала тебе следует убраться отсюда.