— Это прекрасно, — говорит моя мама.

— Однако с памятью ситуация остается прежней? — спрашивает доктор у мамы.

— Да, — отвечает она. — Никаких изменений.

Тогда он переводит взгляд на меня.

— Ты не могла бы ответить на несколько моих вопросов, Лондон? Это нужно для проверки.

— Конечно, — отвечаю я.

— Превосходно. Так-так, с чего бы нам начать? Попробуем с самого простого — расскажи мне о своем сегодняшнем дне. Расскажи все, что можешь вспомнить: цвета, запахи, время. Как можно подробнее, пожалуйста.

Доктор Сэмпл откидывается на спинку кресла и сцепляет руки на животе. Напрасно он это сделал. Теперь он больше не похож ни на героя, ни на злодея, а выглядит как характерный актер, специализирующийся на типаже «доктор».

Я вздыхаю, потому что мне заранее наскучил этот разговор.

Затем я минут десять подробно перечисляю события сегодняшнего утра: от лежания в темноте после пробуждения и подбора одежды до ощущения, что меня вот-вот вырвет съеденным с утра блинчиком при виде аварии, а оттуда до лифта, хрустящей бумаги и настоящего момента.

— Как зовут твоего учителя математики? — неожиданно спрашивает доктор Сэмпл, когда я заканчиваю. Интересно, слушал он меня вообще или просто ждал момента задать свои вопросы?

— Мистер Хоффман, — не задумываясь, отвечаю я.

— Откуда ты это знаешь?

— Из завтрашнего дня, — говорю я. — У нас начала анализа по вторникам.

— Но ведь не по средам?

— Нет.

— А почему?

— Потому что по средам у нас день самостоятельной работы, — отвечаю я, не пускаясь в долгие объяснения.

— Откуда ты это знаешь? — спрашивает он.