— Слушаю вас.

— Один общий знакомый посоветовал мне связаться с вами.

— Кто? — спросил Дэнни.

— Один из ваших многочисленных коллег в «Ассоциации Феллнер», — пояснил адвокат. — Дело в том, что я только прилетел из Милана, а завтра вылетаю в Сан-Франциско. Поэтому… не могли бы вы изыскать возможность встретиться со мной утром? Я знаю, что позвонил слишком поздно, но…

— Понимаете…

— Я намерен предложить вам работу, которая, мне кажется, вас заинтересует. Мы могли бы встретиться в здании аэровокзала, в «Клубе адмиралов».

Дэнни молчал.

— Вы меня слушаете, Дэнни?

— Да.

— Так вот… в десять вас устраивает?

Дэнни не знал, что ответить. Выставка в галерее «Неон» — это, конечно, грандиозно, но потребует колоссальных усилий. А денег на счету в банке всего тысяча. И что делать, когда они закончатся? В любом случае жить за счет Кейли он не станет.

Молчание затянулось настолько, что Белцеру пришлось окликнуть его во второй раз.

— Дэнни…

— Да, конечно, в десять меня вполне устраивает.

— В «Клубе адмиралов».

— Да. В здании аэровокзала.

Положив трубку, Дэнни вдруг сообразил, что не договорился, как они узнают друг друга. Но ему почему-то показалось, что это не важно. В тоне адвоката Белцера звучат намек, будто он уже знает, как Дэнни выглядит. И может, гораздо больше.

Глава 3

«А что… я выгляжу вполне прилично».

К такому заключению Дэнни пришел, стоя перед зеркалом после душа. Правильные черты лица, голубые глаза, чистая кожа. Высокий, стройный и, если не сравнивать с теми, кто «качается», в довольно неплохой форме. Хотя спорту нужно было бы уделять больше внимания. Домоседом Дэнни не был. Два раза в неделю ходил в городской парк поиграть в европейский футбол, иногда, если вставал вместе с Кейли, делал с ней пробежку.

В общем, он решил, что выглядит нормально. А это очень важно для первой встречи с адвокатом. Дэнни немного нервничал. Его смущали волосы. У них были осветленные концы. Он покрасил их по совету Кейли. Может, смазать их гелем и зачесать назад, как у знаменитого баскетболиста Пэта Рейли? Тогда будет казаться, что они просто выгорели на солнце.