– Вероятно, – ответил я. – Мы с ней добрые друзья и видимся часто. Адриана любопытна. Если честно, то под давлением мне, возможно, придется сказать ей что-нибудь о том, чем мы занимаемся, – по крайней мере что-то такое, во что она поверит.

Он снова минуту помолчал, затем сказал:

– Фредерик Уоллес и Адриана – мои друзья уже много лет. Если вы ей доверяете, а я заключаю, что доверяете, вы должны сказать ей все, что сочтете необходимым. Прошу вас, внушите ей, что я желаю оставаться совершенно непричастным к этому делу.

– Я попытаюсь утаить от нее всю информацию, какую только смогу.

– Нет, я не хочу, чтобы вы намеренно лгали вашим близким друзьям: ей и Фредерику. Просто избегайте обсуждений, если получится.

– Попытаюсь.

– Не хочу спрашивать об этом, но вы ведь не привлечете к себе излишнего внимания, Чарльз? Любая огласка разрушит то, что я собираюсь предпринять.

– Вы имеете в виду внимание к нашей дружбе с Адрианой?

– Я… Что ж, именно это я и имею в виду. Еще несколько минут назад я и не думал об этом. – Он отвел взгляд. – Вы сами подняли эту тему, Чарльз.

– На самом деле я недавно слышал от друга, что о нас действительно ходят слухи. Они необоснованны, но, полагаю, они существуют. Мы с Адрианой часто встречаемся – но только на публике.

Сэр Артур заговорил медленно и отчетливо, тщательно обдумывая свои слова:

– У них с мужем большая разница в возрасте. Вы по возрасту ей гораздо больше подходите. Если вы проводите с ней время допоздна, даже и на виду у других, люди будут говорить. Это может быть очень неприятно, мой мальчик, даже если вы и не переходите границ. Я знаю не понаслышке, – поверьте мне, – как неприятны могут быть подобные разговоры.

– Но я бы не хотел из-за глупой болтовни разрывать дружеские отношения.

– Или разбивать брак, – сказал он, посмотрев наконец мне прямо в глаза. – Когда вы предполагаете снова с ней увидеться?

– Не знаю, – солгал я. – Думаю, очень скоро.