— Здесь находится хлопчатобумажный спортивный свитер, — сказала она, протягивая Гейл портфель. — Я отыскала его в спальной комнате Деборы, в пляжном домике. Не знаю, когда она в последний раз надевала его, но, видно, его давно не стирали.

— Когда в последний раз ваша дочь была на пляже? — спросила Гейл, не пытаясь открыть портфель.

— В начале июля. Тогда в компании нескольких своих друзей она приезжала отдохнуть на выходные.

— И вы абсолютно уверены в том, что только она, и никто другой, не надевали этот свитер? А что, если кто-нибудь из ее друзей тоже его примерял? — небрежно спросила Гейл, так, как будто бы речь шла о погоде.

Заданный вопрос застал миссис Харви врасплох, и на мгновение ее темно-синие глаза блеснули огоньком сомнения.

— Я не могу быть абсолютно уверенной. — Затем, откашлявшись, она пояснила: — Я только предполагаю, что Дебора одна надевала его в последний свой приезд, но, так как меня в тот момент не было рядом, я не могу дать стопроцентную гарантию.

Не обращая внимания на нас, миссис Харви пристально взглянула на открытую дверцу джипа, быстро остановив взгляд на свободно болтающихся из замка зажигания ключах с серебряным брелоком с пометкой «Д» на цепочке. Воцарилась продолжительная пауза, и было видно, как она, пытаясь подавить эмоции, боролась с охватившим ее отчаянием, стараясь взять себя в руки.

Обернувшись в нашу сторону, она сказала:

— Дебби обычно ходила со спортивной сумкой, нейлоновой, ярко-красного цвета, с надписью «ВЕЛКРО» на клапанах. Вы не нашли ее в машине?

— Нет, мадам, — ответил Морель.

Заглядывая в салон машины через окна, мы не обнаружили никакой сумки. До тех пор, пока собаки-ищейки не побывают внутри салона, мы не можем произвести тщательный осмотр внутренней части автомобиля.