Эд позвонил в полицейский участок и сказал, что ему, вероятно, звонили сегодня вечером относительно пропавшей собаки и анонимных писем. Ему ответил еще один незнакомый голос, и пришлось повторять историю заново.

— С Центральной не поступало никакого ответа...

Эду хотелось бросить трубку, но он вежливо повесил ее, обменявшись со своим собеседником несколькими незначащими репликами. Он немного сожалел, что отдал эти проклятые письма. Они были чем-то реальным, за что можно уцепиться. Или он сходит с ума?

— И?.. — спросила Грета.

— И ничего. Попытаюсь позвонить им завтра. Возьмусь-ка я лучше за эту биографию.

— Будешь читать до глубокой ночи? Хочешь кофе?

Эд задумался, что лучше: кофе или выпивка. Он выбрал кофе. А может, то и другое. Или он не будет спать из-за кофе всю ночь?

— А ты хочешь кофе?

Грета, как обычно, кофе хотела. Она любила крепкий кофе, и он никогда не мешал ей спать.

— Выпью кофе, поскольку хочу немного пошить.

— Прекрасно. Кофе. — Эд улыбнулся, удобно устроился на диване и переложил толстую рукопись с кофейного столика себе на колени.

Это была биография Джона Фелпса Генри, малоизвестного англичанина, морского капитана середины восемнадцатого века, который, оставив к сорока годам службу, занялся оптикой. Одолев половину рукописи, Эд не горел желанием ее печатать. Но Брудерс, старший редактор, один из руководителей «Кросс и Дикенсон», считал, что они должны выпустить серию биографий малоизвестных людей прошлого. Это напомнило Эду термин «малые поэты»: их считали малыми, подумал Эд, по той простой причине, что они обладали небольшим талантом. Книга была написана на редкость скучно, даже сексуальная жизнь экс-капитана Генри выходила неинтересной. «Кто станет такое покупать?» — подумал Эд. Но из чувства долга он упорно продирался сквозь тоскливый текст, чтобы, не кривя душой, сказать Брудерсу, что прочитал рукопись.