— Не трогай его, Ники! — крикнула одна из девочек. — Что он тебе сделал?

Ее слова подлили масла в огонь. Теперь Ники знал, что у него есть публика. И улыбнулся.

— Еще я слышал, что твоя оклахомская мамочка спит с неграми. Это правда?

Хорошо бы вмазать этому Ники. Но руки не слушались. Дрожали колени, в висках стучало.

— Ну что, спит твоя мамочка с неграми? — продолжал издеваться Ники.

Сэл не решался ударить первым, но сказал:

— А твоя мамочка, я слышал, была...

Ники наотмашь ударил его по лицу. За этим не очень сильным ударом посыпался град других. Сэл попытался защититься и поднял руки, но Ники повалил его на траву, прыгнул ему на грудь и принялся избивать кулаками под пронзительный визг девочек и подбадривающие крики братьев Ники. В голове у Сэла гудело: только бы не заплакать, только бы Ники не забил его до смерти. Но он скорее даст себя убить, чем прольет хоть единую слезу.

Вскоре Ники устал, оставил Сэла в покое и, не произнеся ни слова, вместе с братьями пошел прочь. Господство было установлено. Высочайшая воля «наследного принца» исполнена.

Девочки, плача, бросились к Сэлу, пытаясь ему помочь. Одна из них ойкнула, когда он перевернулся на живот и его стошнило. Проведя рукой по распухшему лицу, Сэл почувствовал, что оно в крови. Он оттолкнул девочек, с трудом поднялся с земли. Он уже пересек поле, когда из глаз потекли слезы, перемешиваясь с кровью и рвотой...

— Эй, Сэлли, попробуй разок, — предложил Джимми Вэн.

Сэл взглянул на кокаин. Какого черта. Последняя ночь приговоренного к смерти.

Он склонился над полоской белого порошка, насыпанного Джимми на стекло, приложил к ней соломинку для коктейля, зажал одну ноздрю и глубоко вдохнул. Порошок исчез. Блаженство.

Когда Сэл наконец почти на ощупь добрался до своей квартирки над прачечной, его мать все поняла. Не говоря ни слова, взяла его за руку и отвела в ванную. Без лишних расспросов промыла и смазала раны марганцовкой. До своего замужества с рядовым Д'Аморе, чей полк стоял неподалеку от Тулсы, как раз накануне корейской войны, она была единственной белой девочкой в отдаленном уголке Оклахомы, окруженном со всех сторон резервацией индейцев племени широки, и хорошо понимала неизбежность ритуальных стычек подростков.