В руках он держал сосновую шкатулку, ее черная лакированная поверхность была усыпана золотыми пылинками. В шкатулке лежала голова куклы и кинжал, врученный Разану адмиралом Ямамото, автором и исполнителем дерзкого рейда на Перл-Харбор. Голова куклы была от хина-нинджио, набора из пятнадцати кукол, олицетворявших старинную знать и членов японской императорской семьи. Это все, что у него оставалось как напоминание о той женщине, которую он все еще любил.

В алькове он встал на колени, отложил шкатулку в сторону и начал составлять цветочную икебану, ее самую любимую. Это непреднамеренная композиция — свободно расположенные розовые розы и одинокая ветка хвои. Он точно знал, что делать с каждым цветком, с каждой веткой, какой угол наклона придать ей. То, что раньше, в начале его изучения языка цветов, проходило через его сознание, с годами стало инстинктивным.

Спустя полчаса Разан сгруппировал цветы и зелень в три ясно обозначенные линии, склоненные вправо, линии, символизирующие небо-человека-землю, три уровня космоса. Высшая красота, скрытое изящество, достигнутые за счет величайшего самообладания и с минимумом затраченного материала.

Теперь, чтобы закончить поминовение женщины...

Он зажег палочку благовоний перед цветами и вынул кинжал из черной шкатулки. Его ручка была покрыта акульей кожей, серебряную головку эфеса венчала вычеканенная буква "Я", лезвие было настолько острым, что могло порезать до крови даже при легком прикосновении к нему.

С кинжалом в правой руке Разан закрыл глаза и прижал кинжал плашмя к своему лбу. Женщина. Он открыл глаза и заскрежетал зубами. Сейчас.

Он приподнял большим и указательным пальцами левой руки верхнюю губу и обнажил десны. Правой рукой схватил рукоять кинжала и решительно полоснул себя лезвием по десне чуть выше зубов.