В старом автобусе стоял устойчивый запах «обезьянника» — запах страха и пота, запах, от которого невозможно было избавиться никакими силами. Дверцы автобуса в разное время украшали разные надписи. Последняя, похабная и наполовину стертая, появилась всего полчаса назад. Пулевые отверстия, заделанные мастикой «Бонд-0», — значительно раньше.

Задние стекла были односторонними, умеренно тонированными зеркалами, Старлинг видела катившие следом черные машины спецназа. Она надеялась, что долго торчать в наглухо закрытых автомобилях не придется.

Находящиеся в микроавтобусе мужчины начинали на нее пялиться, как только она поворачивалась к окну.

Специальный агент ФБР Клэрис Старлинг, тридцати двух лет от роду, выглядела как раз на эти тридцать два, и выглядела при этом прекрасно, несмотря на камуфляжную форму.

— И как только ты, Старлинг, ухитряешься постоянно влипать в эти дела? — спросил с улыбкой Бригем, беря с пассажирского сиденья рядом с водителем свой блокнот для записей.

— Потому, что тебе постоянно требуется мое присутствие, — парировала она.

— В этой операции ты мне действительно необходима. Но я же вижу, что ты лезешь во все боевые вылазки просто так, заради Христа, можно сказать. Вопросов я не задаю, но думаю, что в «Гнезде сарыча»

Оперативная группа, состоящая из сотрудников алкогольно-табачного управления, УБН

Берк и Хар были похожи на агентов. Полисмен Болтон больше смахивал на помощника шерифа. Он выглядел лет на сорок пять, был тучен и весьма жизнерадостен.

Мэр Вашингтона после того, как его осудили по делу о наркотиках, стал проявлять великое рвение в борьбе с этим злом и настаивал на том, чтобы в каждом рейде обязательно участвовал представитель полиции округа. Таким образом в команде появился Болтон.

— Банда Драмго занимается сегодня варевом.

— Эвельда Драмго. Я с ней встречалась, — заметила Старлинг без всякого энтузиазма.