– Паршивый товар поставляешь, Коля! – цедил сквозь зубы Завадовский. – Сплошные доходяги! Нет, милый мой, так дело не пойдет! Кого ты мне позавчера привез? А?! Жертву Освенцима! Ну скажи, на что годен дистрофан?! На хаш? Какой, к чертовой матери, из него боец?! Хочешь распугать нам всю клиентуру или сам на арену выйти?

Колосова прошиб холодный пот. Шеф вполне способен на такой шаг.

– Василий Андреевич! – умоляющим тоном начал он. – Помилуйте! Как среди этой швали найти Геркулеса? Они все...

– Молчи! – окрысился Завадовский. – Не буди во мне зверя! Тебе за каждого «рекрута» деньги платят, причем немалые! Ладно, – немного смягчился он, полностью насладившись созерцанием убитой физиономии Николая. – Я ж не требую готового Шварценеггера! Главное, чтоб имелся подходящий костяк, а мышцы... Ну, подкормим хмыря, малость подкачаем, подучим... Мы ведь всегда так поступаем. Вчерашний же ублюдок... Ревматизм, цирроз печени, недержание мочи...

– Василий Андреевич, клянусь, завтра в лепешку расшибусь, но приведу какого нужно, – зачастил Колосов. – Ей-ей, не вру!!!

– Хорошо, свободен, – махнул рукой Завадовский, вытащил из коробки сигару, откусил кончик и неторопливо прикурил...

– За что, начальник?! Отпусти! – взмолился Алексей, жалобно глядя на чугуннорылого здоровенного сержанта.

– Вставай и не вякай, – злобно ответил мент. – Я знаю, за что! Шагай, отребье!

Вопреки ожиданиям Рюмина сержант не повел его в привокзальное отделение, а вытолкал на улицу. Несмотря на август, было довольно свежо, и оголодавший, обессилевший Алексей затрясся в ознобе.

– Куда мы идем? – осмелился спросить он и вместо ответа получил болезненный удар резиновой дубинкой по спине.

– Погоди, сержант, не распускай руки, – вдруг услышал Рюмин спокойный, властный голос. Оглянувшись, он увидел спортивно сложенного мужчину лет тридцати с небольшим, направлявшегося в их сторону.