Прошло некоторое время. Головная боль слегка утихла, и Рюмина сморил сон.

Алексей увидел себя в огромной помойной яме. Вокруг валялся дурно пахнущий мусор: кости, объедки, вонючие обрывки материи, скомканная грязная бумага и т. п. Алексей хотел встать, но, поскользнувшись, упал.

«Бомжара, вшивый бомжара!» – прозвучал в ушах злой гнусавый голос. Рюмин огляделся, однако никого не заметил.

Между тем голос продолжал измываться: «Никому-то ты, Леша, не нужен... не нужен... не нужен... Сдохнешь в этой яме, и никто не заметит! Людям на тебя глубоко плевать!»

«Но почему?!» – возопил Алексей, давясь рыданиями.

«По закону джунглей, – с сарказмом ответил невидимый мучитель. – Вот так-с!»

– А-а-а-а!!! – истошно завопил Рюмин и проснулся.

Он находился все в той же комнате-камере, только теперь не один. Рядом стояли двое мужчин в ярких спортивных костюмах, с резиновыми дубинками в руках.

– Оклемался наконец, – ухмыльнулся один из них, рыжеволосый, с низким обезьяньим лбом. – Вставай! Будем приводить тебя в порядок.

– Где я? Кто вы?! – хриплым шепотом спросил Алексей.

– Глохни, мразь, – процедил рыжеволосый. – Иначе ребра пересчитаем!

Решив не искушать судьбу, Рюмин поднялся с лежанки. Ноги заметно дрожали, тело налилось свинцом.

– Топай! – толкнул его концом дубинки второй мужчина, похожий на бритую гориллу.

Алексей послушно вышел в коридор, очень напоминающий тюремный: плиточный пол, окрашенные грязно-зеленой краской стены, тяжелые двери камер.

– Прямо! – приказал Рыжий.

Вскоре они оказались около небольшой железной лесенки, ведущей наверх. Поднявшись по ней, Рюмин очутился в просторном помещении с несколькими дверьми. – Филиппыч! – крикнул кто-то из конвоиров. – Принимай очередного бомжару.