Он располагался в великолепной долине Мерримак. По какой бы дороге вы ни ехали, вы неизменно попадали в этот несколько старомодный, но изящный городок, чей возраст насчитывал уже триста лет. Девяносто восемь процентов его белого населения имели доход, в два раза превышающий средний годовой доход всего штата. Хейвервиль не был самым красивым городом долины, однако он представлял собой весьма приятное сочетание прекрасной городской архитектуры времен королевы Анны и непримечательных рабочих кварталов. Город был центром некогда процветавшей обувной промышленности. Почти десять процентов населения города жило за чертой бедности. Медицинское обслуживание детей этой части населения согласно государственной программе бесплатной медицинской помощи осуществлялось именно клиникой Норс Шор. А это означало, что в данное время оно являлось заботой Пейтон.

— Что вы вдвоем здесь делаете? — спросила Пейтон, выходя из машины.

Вполне уместный вопрос. Хотя день выдался теплым (двенадцать градусов тепла было довольно необычным для конца февраля) и солнечным, Фелиция и Летиция Браунинг никогда не выходили на улицу, чтобы просто поболтать. Да еще в столь ранний час. Часы показывали половину десятого утра. Больничные медсестры были близнецами, но, несмотря на полное внешнее сходство, имели совершенно разные характеры. Фелиция была более серьезным человеком, пожалуй, даже занудой.

— Свет отключили, — объяснила Летиция, как всегда хихикая.

— Странно, когда я ехала сюда, светились все дорожные огни.

— Это потому, что ты ехала с юга, — предположила Фелиция. — Электричество поступает к нам с севера.

— Что-то случилось?

— Землетрясение, — ответила Летиция и снова захихикала.

— Очень смешно.

— Это не шутка, — сказала Фелиция. — Мы находимся на южном конце того, что называется активной зоной. Она начинается примерно в пятидесяти километрах на север от Бостона и тянется до самого Клинтона. Двадцать шесть подземных толчков за двадцать один год. Обычно это совсем небольшие толчки. Как сегодня.