Винсент — человек дикий и жестокий; если уж взялся за дело — жертву ничто не спасет. Винсент пользуется любым оружием: ножом, пистолетом, ядом, взрывчаткой. Его услуги стоят дешево, а кое-кто даже считает, что он может работать и бесплатно. Он был замешан в попытке переворота в Египте, когда подполковника Ибрагима нашли в запертом “кадиллаке” на дне Нила, — на машину натолкнулась драга.
Японец Хидео — “техник”, эффективность — сто процентов. Оружие — струя цианистого калия, выпущенная из специального устройства. На его счету три политических убийства, в том числе убийство посла Турции в Великобритании. (Тогда золотой карандаш жертвы, найденный на тротуаре Керзон-стрит, помог обнаружить труп в такси, брошенном на Уоллес Мьюз.) Хидео — владелец самой сложной действующей модели железной дороги в Японии.
Дзотта — отпрыск одного из наемных убийц, принадлежавших к “Мёрдр инк.”, дочерней организации американской мафии. Его оружие — мини-бомба. Сам Дзотта утверждает, что устройство рассчитано на одного человека и если правильно подложить, то никто, кроме жертвы, не пострадает. Возможно, он и прав: когда Шерман Уиллс, президент банка “Чартер энд Экуити”, снял колпачок авторучки, открывая заседание в конференц-зале (Нью-Йорк, 1963 год), кроме него, никто не пострадал. Год спустя Али, сводный брат короля Риада, включил электрическую бритву на королевской яхте… взрыв не повредил даже стекла в салоне: Дзотта — профессионал типа Хидео, но психологически не так устойчив, как японец.
У каждого из этих специалистов есть свое любимое оружие.
У Куо — это винтовка с оптическим прицелом.
Что ж, Пангсапа оправдал все надежды. Даже отправил со мной маленького нервного индуса, чтобы найти и опознать Куо. Индус все время чего-то боялся: то ли самого себя, то ли Пангсапа, то ли еще кого.
Куо наблюдал за спаррингами каратистов в спортзале Королевской ассоциации атлетики Таиланда. Сейчас шел спарринг, и мы сели рядом с главным входом. Хотя кондиционеры работали, в зале пахло примочками, потом и канифолью. Мой спутник некоторое время спокойно рассматривал зрителей, потом вдруг опустил глаза и прошептал: