— Не совсем так, шеф. Я не думаю, что его интересуют женщины. — Льюис самодовольно замолчал. Он знал больше. Он посмотрел на одного из своих агентов, и тот подтвердил эту небольшую пикантную новость.

Раньян проигнорировал это, он не хотел больше слышать об этом.

— Он взаимодействует с вами?

— Конечно, нет. Во многих отношениях он хуже Розенберга. Он позволяет нам сопровождать его до здания, где находится его квартира, а затем заставляет нас просиживать всю ночь напролет на автомобильной стоянке. Он отделен от нас семью этажами, не забывайте об этом. Нам даже не разрешается сидеть в холле. Можем побеспокоить его соседей, говорит он. Поэтому мы находимся в машине. Имеется десяток способов входа и выхода из здания и невозможно защитить его в случае необходимости. Ему нравится играть с нами в прятки. Он все время шастает туда-сюда, и поэтому мы никогда не знаем, находится он в данный момент в здании или нет. В отношении Розенберга нам, по крайней мере, известно, где он находится всю ночь. Дженсен невозможен.

— Вот здорово! Если вы не можете уследить за ним, то как это может сделать убийца?

Льюис постарался не заметить юмора.

— Директора очень беспокоит безопасность судьи Дженсена.

— В его адрес ведь раздается не слишком много угроз.

— Он у нас под номером шестым в списке, и угроз в его адрес не намного меньше, чем у вас, ваша честь.

— А, так значит, я на пятом месте.

— Да. Сразу после судьи Мэннинга. Он взаимодействует с нами, кстати. Полностью.

— Он боится собственной тени, — произнес шеф. Несколько заколебался, но продолжил. — Мне не следовало этого говорить. Простите.

Льюис сделал вид, что не обратил внимания.

— Действительно, сотрудничество было довольно хорошим, за исключением Розенберга и Дженсена. Судья Стоун много ворчит, но слушает нас.

— Он ворчит на каждого, не воспринимайте это как личную неприязнь. Как вы думаете, куда ускользает Дженсен?