— Короче, нах! Ежли щас момент упустим, потом пожалеем, — подытожил атаман. — И «любо» не спрашиваю — так ясно. А теперь слушай наряд на неделю вперед — я уже составил…

…А погодка между тем была вполне обычной для этого времени в предгорных районах Кавказа. Как раз для начинающих суицидеров без стажа: если и сомневаешься, вскрыться или как, такая погодка моментально подскажет правильный выбор. Мглистые свинцовые тучи сплошной пеленой залегли до самого Сунженского хребта, едва различимого в косматой туманной дымке. Полное отсутствие ветра — этакое предштормовое состояние, надежно обещавшее нашествие притаившегося где-то за хребтом мерзейшего циклона. Стылая влажность, насквозь пропитавшая верхний слой земли и превратившая его в непролазную грязь, зябкими ручонками тянулась к разгоряченным молодым телам, похотливо ощупывала их через намокшие рубахи в краткие минуты передышки.

Неподвижная слякотная хмарь сгладила ощущение времени — за работой и не заметили, как миновал полдень.

— Чего это они? — удивился Антон, заметив, как трудившиеся неподалеку Чубы вдруг оперативно свернулись и принялись зашпиливать воз. — Воз вроде не полный, клади сколько влезет…

— А, наверно, обед, — Сашко достал из кармана брошенной на капот фуфайки подаренные Антоном на прошлое 23 февраля часы. — Ну точно — обед. А Чубы завсегда до обеда заканчивают. Это ж мы к семи подъехали — а они уже с пяти пиляют.

Чубы зашпилили воз, помахали на прощание и тронули свою гнедую к станице.

— Нормально… — обескураженно пробормотал Антон, глядя вслед удаляющимся станичникам. — А нам еще часа на полтора работы!

— Так мы ж и начали попожжа, — напомнил Сашко, а бесхитростный Серьга не преминул вставить: