«Ничего, со всеми бывает, – философски заметила девушка, застегивая блузку. – В следующий раз получится».

Но следующего раза не было. Я ее вообще тогда в последний раз видел, больше мы не встречались.

Я медленно, словно сомнамбула, побрел в комнату, зажег ночник и прямо в одежде повалился на кровать. Подтянул к себе одеяло и натянул его по самый нос, немигающим взглядом уставившись в сторону ванной. Звук воды прекратился, после чего я услышал шлепанье босых ног.

– Ты уже здесь? – вытирая волосы полотенцем, улыбнулась Вика. На ней ничего не было, тусклый свет от ночника играл матовыми бликами на ее упругой коже, на которой крохотными бриллиантами мерцали капельки воды, но едва ли это помогло мне – желание трахнуться исчезло навсегда и безвозвратно, не оставив даже следа.

Вика, ничего не замечая, отбросила полотенце и юркнула под одеяло. Вот тут и началось самое интересное.

– А... почему ты в одежде? – изумленно спросила она.

– Э-э... – проблеял я невразумительно. – Мне тут пришло в голову, что... как-то это все неестественно. Слишком все быстро. Может, попро...

– Ты меня не хочешь? – перебила меня Вика, прижавшись ко мне. Ее шаловливая ручка заелозила по моей промежности, нащупывая молнию. Я затаил дыхание, мысленно приказывая себе возбудиться, но все было бесполезно.

– Судя по всему, нет, – заключила Вика разочарованно. Она повернулась ко мне лицом.

– Что с тобой, Малышев? Из-за тебя я уехала с тусовки, а ты тут целку строишь?! Сколько же тебе нужно времени, чтобы мы трахнулись? Год?

– Вика, послушай... – попробовал я урезонить девушку, но ее уже было не остановить.

– Я недостаточно красива для тебя? Или тебя интересуют парни? – с ехидством спросила она. – Признавайся, Малышев.