Скопа для своих пяти или шести лет была почти не изношена флоридской погодой. Палуба и рельсы отскребались дочиста, и я напомнил себе не уезжать, не стерев все признаки своего пребывания на борту. По каким-то причинам лодки никогда не запираются на сложные замки. Возможно, моряки более честны, чем домовладельцы. В любом случае, мне потребовалось всего несколько секунд, чтобы открыть замок и проскользнуть в Скопу. В каюте не было затхлого запаха увядшей плесени, который появляется во многих лодках, запертых хотя бы несколько часов на субтропическом солнце. Вместо этого в воздухе витал слабый резкий привкус Солнечной Сосны, как если бы кто-то вычистил все так тщательно, что не осталось места микробам или ароматам.

Здесь был столик, сиденья, и один из тех ТВ/видеомагнитофонов на выезжающей полке со стопкой фильмов за ним: Человек – паук, Братец-Медведь, В поисках Немо. Я задался вопросом, скольких мальчиков МакГрегор отправил по ту сторону искать Немо. Я нежно надеялся, что скоро Немо найдет его. Я ступил в область сидений и начал открывать ящики. Один был заполнен леденцами, другой пластиковыми фигурками супергероев. А третий был переполнен рулонами скотча.

Липкая лента – чудесная вещь, и как я очень хорошо знаю, ее можно использовать для многих замечательных и полезных вещей. Но пожалуй, хранить сразу десять рулонов в ящике на лодке немного чересчур. Если, конечно, Вы не используете её для определенной цели, которая требует её большого количества. Например, для научного проекта включающего нескольких маленьких мальчиков? Только догадка, конечно, основанная на способе, которым я использую ленту – не на маленьких мальчиках, конечно, а на таких гражданах как, например… МакГрегор. Его вина начинала казаться все более возможной, и Темный Пассажир с нетерпением прищелкнул своим сухим как у ящерицы языком.