— Никакой. Арест преступника был произведен вчера.

— В какое время?

— Приблизительно в четыре пополудни мисс Санхилл произвела арест, и к пяти часам обвиняемый полностью признался.

Я кивнул. А в шесть пополудни мисс Санхилл выпивала в офицерском клубе по случаю удачного завершения дела, Энн Кемпбелл была еще жива и сидела за ужином, а я толкался в баре, наблюдая за Синтией и стараясь набраться духа, чтобы поздороваться или совершить стратегическое отступление.

— Мисс Санхилл должна была сегодня уехать на другое задание, — добавил Кент, — но сказала, что останется, чтобы развязать этот узелок.

— Нам повезло, верно?

— Верно. В таких делах полезно иметь женщину. И она хороший специалист. Я видел, как она работает.

Я заметил, что у красного «мустанга» виргинский номер, такой же, как у моей машины, и это наводило на мысль, что она приехала из Фоллз-Черч, как и я. Судьбе было угодно, чтобы наши пути пересеклись не там, где мы постоянно служим, а здесь, при малоприятных обстоятельствах. Значит, так тому и быть.

Над стрельбищем нависал утренний туман. Перед земляным валом, на различной дистанции от линии огня, были расставлены стоящие мишени — свирепые картонные парни с автоматами в руках. Эти фигуры заменили старые мишени в виде черных силуэтов. Идея, наверное, состояла в том, что если тебя натаскивают убивать людей, то ты должен приучаться смотреть цели в глаза. Однако из прошлого опыта мне известно: чтобы лучше всего научиться убивать, надо начать убивать. Но на многих свирепых картонных парнях сидели птицы, и это портило эффект — во всяком случае, до того времени, пока на стрельбы не явится первый за сегодняшний день взвод.

Когда я проходил военную подготовку, стрельбища представляли большие участки голой, лишенной растительности земли, которых нигде не встретишь в действительном бою за исключением боя в пустыне. Теперь на стрельбищах специально высаживают всевозможную растительность, чтобы усложнить условия стрельбы. Я стоял на дороге, ярдах в пятидесяти от меня возвышался человек-мишень, частично скрытый за высокой травой и вечнозеленым кустарником. Там же стояли двое полицейских, мужчина и женщина. У ног силуэта я различил что-то такое, что не вписывалось в окружающую обстановку.