— Не просто экстрасенсов. Мне нужны исключительно крепкие люди, способные справиться со своими талантами, а также с эмоциональными и психологическими сложностями нашей работы, — он кивнул на место, позади нее.

— Мне кажется, что вы точно сможете справиться с тем крайне высоким напряжением, о котором я говорю.

Райли посмотрела назад, где ее команда работала среди обломков камней, появившихся в результате тщательно спланированного взрыва. Несколько часов назад жертв нашли и унесли с места преступления — кого на носилках, а кого в мешках для трупов. Теперь военные следователи искали улики.

— Это работой я занимаюсь не так уж долго, — заметила Райли. — И, разумеется, предпочитаю работу следователя, но на предыдущем посту занималась обеспечением безопасности базы. Я иду туда, куда меня отправляют.

— Ваш командир сказал мне то же самое.

— Вы с ним говорили?

Она заметила, что Бишоп заколебался, но потом ответил:

— Он связался со мной.

— Так мой начальник — один из тех доверенных особ, которых вы упоминали?

— Так и есть. В некотором роде друг моего друга. Человек широких взглядов, не отрицающий паранормальные явления. Такого не часто встретишь среди военных. Я, конечно, не хотел вас обидеть.

— Я не обиделась. Что он вам сообщил?

— Он считает, что ваши способности тут пропадают зря, и он не может вам предложить те сложные задачи, в которых, по его мнению, вы нуждаетесь.

— Он так сказал?

— Всё в таком духе. Я понял, что тут вы работаете неполный день, а через несколько недель намереваетесь вернуться на военную службу. А может, и не вернетесь.

— Вся моя профессиональная жизнь связана с военной службой, — ответила она.

— А возможно и нет, — сказал Бишоп.

Райли покачала головой, а потом заметила:

— Вот данный момент, агент Бишоп, не могу придумать ни единой причины, почему мне нужно поменять жизнь военного на карьеру в ФБР, каким бы особенным ни был ваш отдел. К тому же, даже если у меня случаются иногда озарения, это никак не влияет на исход событий.