— Репетируете важную речь для получения «Оскара»? — спросила она игриво и, увидев его смущение, кивнула на куклу, зажатую им под мышкой.

Джимми поднял модель вверх и помахал ею над головой.

— Хочу поблагодарить всех людей, помогавших мне, — сказал он, раздосадованный своей замедленной реакцией на шутку, — агента, тренера...

— Не забудь Парня с Верхнего Этажа!

— Господь Бог по этому адресу больше не проживает.

— Почему? Ему надоели светские вечеринки? — Блондинка сверлила Джимми взглядом синих глаз.

— Нет, не заплатил за квартиру. Бедняга давно без работы.

Блондинка улыбнулась. С такими зубами она вполне могла бы рекламировать жевательную резинку или дорогие коктейли.

— Меня зовут Мишелл.

— Джимми... — Он с трудом оторвался от ее глаз. — Вы не видели Джонатана?

— Пойдемте со мной!

Джимми проследовал за красоткой мимо дорого одетой публики: юных особ с новыми носами и накачанной силиконом грудью, тоненьких женщин с перетянутой кожей на лицах, представительных седовласых мужчин с мягкими и розовыми от лазерного пилинга щеками. В комнате не было ни одного толстого, неприятного и... несовершенного человека. Все пациенты Джонатана стали идеальными. На шаг впереди природы. На два шага впереди остальных смертных.

Мишелл взяла клубнику с серебряного подноса и огляделась. Надкусив ягоду, она поморщилась и бросила ее в горшок с каким-то растением.

— Не вижу его, Джимми, — доложила блондинка. Джимми нравилось, как она произносит его имя. — Вот Кендал идет. Приготовься выслушать историю о ее новых сиськах.

Кендал была высокой худенькой брюнеткой с пустыми глазами и в красном без бретелек платье от Версаче. Между ее внушительными колыхающимися грудями блестел кулон с огромным бриллиантом. Она послала Мишелл воздушный поцелуй и сказала: