— В бистро «У Арецкого», на углу Мэдисон и Девяносто второй улицы. Было тепло и солнечно, поэтому мы сидели снаружи, под тентами. Я перед этим ходила на школьный утренник, где выступала моя дочь, и отщелкала почти всю пленку на одноразовом фотоаппарате. Оставался всего один кадр, вот я и сняла Аманду.

— Ваша честь, я хотела бы приобщить к материалам дела и эту фотографию — как второе вещественное доказательство.

Сделанная за час до убийства фотография показывала, что на шее Аманды никаких отметин не имелось.

— Принимается, мисс Купер, — сказал судья Герц.

— И на этот раз я хотела бы предложить обе фотографии вниманию присяжных.

Пока присяжные разглядывали фотографии, передавая их друг другу, я попросила Арти Трамма установить перед нами мольберт — до этого он был прислонен к стене в углу зала. Часто обвинение даже не пытается показать в зале суда убитых такими, какими они были при жизни. Я хотела, чтобы присяжные увидели, какой веселой и жизнерадостной была Аманда Квиллиан за несколько часов до того, как на нее навели объектив другой камеры — уже в морге.

— Теперь, миссис Мид, давайте вернемся к истории, которую вы нам рассказывали. К тому времени, когда Аманда стала встречаться с обвиняемым.

— Они начали встречаться через неделю после того, как познакомились.

— В годы учебы в школе вы часто проводили время вместе?

— Постоянно. Наши родители не хотели, чтобы девочки ходили на свидания в одиночку, поэтому мы старались держаться вдвоем. Серьезных увлечений у Аманды не было — ни в школе, ни после поступления в Принстон. За ней многие ухаживали, однако она зациклилась на Брендане.

— Вам известно, в каком университете учился обвиняемый?

— Да. Брендан учился в Джорджтаунском, в Вашингтоне. У него там была полная стипендия.

— Вы присутствовали на бракосочетании Аманды и обвиняемого?

— Да, конечно. Я была подружкой невесты.