— Да. Чтобы поговорить об Аманде.

Я взглянула на Лема. Он стоял рядом со своим подзащитным, наставив указующий перст на Кейт Мид — так, точно сражался за жизнь Квиллиана.

— А кстати, в какой комнате происходил ваш разговор?

Кейт, казалось, поперхнулась и с трудом выдавила:

— В кабинете Брендана.

Хауэлл подошел к свидетельской трибуне, налил из графина воды в стакан и протянул ей:

— Похоже, у вас пересохло в горле, вас мучает жажда, вам хочется пить. Могу я предложить вам воды?

Она оттолкнула его руку и покачала головой.

— В тот вечер вы не просили моего клиента, чтобы он налил вам чего-нибудь?

Кейт с презрением взглянула на Брендана — мне показалось, что она того и гляди издевательски усмехнется на глазах у присяжных.

— Просила.

— И что же вы пили?

— Вино. Много красного вина.

— А потом наступил момент, когда ваш разговор закончился?

— Да.

— И тогда вы ушли, миссис Мид?

Я подумала, что моя свидетельница вот-вот потеряет сознание.

— Покинули ли вы дом Квиллианов после того, как поговорили с моим клиентом? Вернулись ли домой, к больному мужу?

— Не сразу.

— Вы помните, что сделали потом?

— Я была пьяна, мистер Хауэлл. Я почти не помню… — Кейт сжала пальцами край трибуны. — Он… он воспользовался моим состоянием, мистер Хауэлл.

— Не могли бы вы пояснить свои слова этим достойным людям? — И Хауэлл широким жестом указал на скамью присяжных. — Не тогда ли вы совершенно сознательным образом вступили в сексуальные отношения с Бренданом Квиллианом, мужем вашей самой близкой подруги?

— По-моему, там на двери написано «Женский туалет», разве нет? — спросила я у Майка.

Запущенная, выложенная серой плиткой уборная находилась за углом коридора возле моего кабинета на восьмом этаже. Я, до конца отвернув кран, брызгала холодной водой себе в лицо, а он наблюдал за этим процессом.