«Мне так нужно преодолеть подъем! Помоги мне. Господи!» — горячо взывали к Всевышнему его губы. Оставалось совсем немного. Все меньше. Меньше. «Ну же! Ну!!!» — умолял он свой едва живой автомобиль. Двигатель трясся и стучал, из-под капота валил густой пар и вырывался черный масляный дым. Щетки мотались по стеклу взад и вперед. В голове пульсировала кровь, обе руки от бесконечного напряжения онемели. Мэнн неотрывно смотрел вперед, чувствуя, как бешено колотится сердце. «Ну! Ну! Господи, помоги!».

Есть! Машина перевалила на спуск, и Мэнн издал торжествующий крик. Трясущейся рукой он снял с передачи и пустил машину накатом. Но вопль восторга застрял в горле. Вокруг были горы, только горы. Черт с ними! Впереди был длинный спуск. Мимо промелькнула предупреждающая надпись: «ГРУЗОВИКАМ НА ПРОТЯЖЕНИИ 12 МИЛЬ ДВИГАТЬСЯ НА ПОНИЖЕННОЙ ПЕРЕДАЧЕ». Двенадцать миль! Что-то должно случиться. Обязательно должно.

Машина начала постепенно разгоняться. Мэнн посмотрел на спидометр. Уже 47 миль в час. Красная лампочка все не гасла. Мотор можно поберечь: если грузовик достаточно отстал, то пусть движок спокойно охлаждается все 12 миль.

Скорость все нарастала. 50… 51. Мэнн зачарованно наблюдал, как стрелка спидометра медленно отклоняется вправо. Потом глянул в зеркало. Грузовик еще не появился. Если повезет, то удастся сохранить неплохой отрыв. Конечно, если бы двигатель не перегрелся, то этот отрыв был бы еще больше… но, ладно, хватит и такого. Где-то ведь на дороге должно быть место, где можно остановиться. Стрелка перевалила отметку 55 и поползла к 60.

Мэнн снова посмотрел в зеркало и непроизвольно вздрогнул, увидев, что грузовик прошел вершину подъема и тоже начал спускаться. Почувствовав, как лихорадочно затряслись губы, Мэнн крепко сжал их. Взгляд его заметался между зеркалом заднего вида и затянутым пеленой пара шоссе впереди. Грузовик быстро набирал скорость. «Келлер, конечно, давит на всю железку».