Ева обошла остальные помещения — два домашних кабинета, игровую с телевизором и развлекательным центром, еще две ванные и, как она предположила, спальню для гостей, — но не увидела никакого беспорядка. Все вещи стояли на своих местах. Похоже, никто сюда не заходил.

Спустившись вниз, Ева пометила маркером место, где лежали босоножки, и пошла к Пибоди.

— Как я понимаю, — начала Пибоди, — сигнализация и замки были отключены изнутри. Признаков взлома нет. Может, электронщики что-то найдут, но, похоже, замки снова включили опять-таки изнутри. И камеры отключены прямо на месте. Последний сохранившийся диск — за субботу, я его просмотрела на своем карманном. Видно, как девушка возвращается домой одна вскоре после восемнадцати часов. У нее в руках два пакета с покупками, оба фирменные, от «Подружек». Это дорогой бутик, специализируется на товарах для подростков и молодежи. На углу Пятой и Пятьдесят восьмой.

— Мы проверим, посмотрим, что она купила, была ли в магазине одна. Она договорилась встретиться с подружкой в субботу и вместе пройтись по магазинам. Я не нашла ее сотового и карманного, на домашнем телефоне нет никаких сообщений, кроме одного разговора с подружкой и двух с родителями, за последние двое суток. Я нашла восемь сумок: все пустые.

— На диске за субботу у нее белая плетеная сумка с длинным ремнем и серебряными пряжками.

— Я ничего похожего в ее спальне не нашла. Проверь общий стенной шкаф и кладовую. Они люди аккуратные. Может, у них есть какое-то специальное место для таких вещей? Она была в красных босоножках?

— Ты имеешь в виду те, что лежат в прихожей? Нет, на ней были синие кроссовки.

— Ясно.

— Даллас, есть еще кое-что. Техническое помещение. Вход был закодирован. Я и там не вижу следов взлома. Или это она отключила камеры, или дала ему код. Или он чертовски здорово навострился обходить коды.