– Это просто какой-то кошмар, – сказал я.

– Да... и я попала в это дело случайно. Они были частными пациентами Риты, но ее не было в городе, а я дежурила на вызовах. Я совсем не знала их, но завязла в этом деле – ведь мне пришлось проводить летальную комиссию. Я изо всех сил пыталась помочь им, дала направление в группу психологической поддержки, но это их не интересовало. Когда же через полгода они явились ко мне и попросили стать лечащим врачом новорожденного младенца, я была очень и очень удивлена.

– Почему?

– Я бы скорее подумала, что ассоциируюсь для них с трагедией, нечто вроде «убей гонца, принесшего плохие вести». Но у них не возникло подобного чувства, и я поняла, что обращалась с ними так, как должно.

– Уверен в этом.

Стефани пожала плечами.

Я спросил:

– А как Рита отнеслась к тому, что ты взялась вести ее пациентов?

– А что ей оставалось делать? Когда она была им нужна, ее не оказалось на месте. В то время у нее появились собственные проблемы. Ее муж – ведь ты знаешь, за кого она вышла замуж?

– За Отто Колера.

– Знаменитого дирижера, именно так она обычно упоминала о нем – «мой муж, знаменитый дирижер».

– Он, кажется, недавно умер?

– Несколько месяцев тому назад. Он болел некоторое время, затем ряд сердечных приступов. С тех пор Рита отсутствует чаще, чем обычно, а мы, остальные, тянем за нее. Большей частью она разъезжает по симпозиумам, представляя старые исследовательские работы. Вообще-то собирается уйти на пенсию. – Стефани смущенно улыбнулась. – Я подумываю, а не претендовать ли мне на ее должность, Алекс. Можешь представить меня во главе отделения?

– Разумеется.