— Вокруг одни мертвецы.

— Почему?

— Потому что мир умер.

Жена ничего больше не говорила. На лице ее застыл смертельный ужас. Из глаз всё текли и текли слезы.

— Папа, я в туалет хочу…

Алексей кивнул. Поднял обеих и повел вниз — с ружьем наготове. Он был готов ко всему. Дождался, когда женщина с девочкой справят естественные надобности и отконвоировал их обратно. Сам он терпел, не имел права покинуть пост.

Вдруг сообразил:

— Раздевайтесь.

— Ч…чего? — вскинулась жена.

— Ночнушки снимайте, чего.

Глаза у нее полезли на лоб.

— Лешка, дурак! — заверещала она. — Что ж ты делаешь? Дочку хоть не трогай!

Он закричал в ответ:

— Никто вас не тронет, дура! В Рай приходят голыми, открытыми, распахнутыми настежь! Рай защищает тех, кто отбросил всю эту мирскую хрень!

— Ты вчера пил свои таблетки?

— Пил я их, пил! Семь лет, как их пью! И что? Приблизили они меня хоть на шаг к Истине?

— Они лечили тебя… — потерянно, безнадежно сказала жена.

— Они убивали меня. Неужели ты не понимаешь, что случилось чудо? Что все мои страдания — не зря! НЕ ЗРЯ!!!

Алексей двумя движениями разорвал на женщине ночную рубашку.

Дочка разделась сама, дрожа.

— Трусики снимать?

— Обязательно.

— Папа, мне холодно.

— Потерпи, до вечера не околеешь.

Вдруг он спохватился: участок! Пространство вокруг дома абсолютно беззащитно. А там, где появилась одна тварь, непременно появится вторая… Нужно было совершить обход территории.

Вновь Алексей поднял свою семью, заставил спуститься вниз. Поразмыслил секунду-другую, завел домочадцев в кладовку и закрыл дверь снаружи.

В кладовке не было окон.

— Сидите тихо, проверю и вернусь.