Ложкин неожиданно сорвался:

— Тебе легко туфту предлагать! Сам-то ты по самые жабры в героине.

Развеев остановил излияния товарища жестом руки.

— Химия? — спросил он Барышникова.

Хозяин покачал головой:

— Новый препарат, изготовлен на фармацевтической фабрике. По чистоте не уступает морфию.

— А хорошо вставляет-то? — нехотя поинтересовался Ложкин.

— Пятки будешь чесать через каблук, — доходчиво объяснил Барышников. Видя сомнения на лицах гостей, он добавил: — Да не бойтесь, препарат опробован, я уже месяц его толкаю. Никто пока копыта не отбросил.

— А-а~ — Развеев прищурился на хозяина. — Не глюкозой ли называют эту пакость?

— Почему пакость? Ты пробовал?

— Нет, но кое-что слышал о ней. — Игорь толкнул приятеля локтем. — Ну что, Леня, испробуем?

— Мне ломку снять надо, а не пробовать! — Ложкин болезненно скривился. Он постоянно шмыгал носом, вытирал сопли, его верхняя губа покраснела. Ему было двадцать пять лет, он успел переболеть гепатитом В, сейчас в его крови метались антитела гепатита С. Он уже давно перестал «доить» родителей, в квартире пусто, все, что мог, продал. Леня сидел на «капитальных» наркотиках, год назад сам был на месте Барышникова. Брал на реализацию по десять грамм героина, восемь продавал, два оставлял себе. Но однажды не отдал денег в срок. Пришли два человека, сели напротив. Сейчас, говорят, ты должен две штуки «зелени», завтра — три, послезавтра — пять. Через неделю твой долг вырастет до стоимости твоей квартиры. Понял?

Да, он все понял. Поняли и родители. Наскребли по родственникам и знакомым три тысячи, и Леня Ложкин отдал долг.

Все еще сомневаясь, он вопросительно посмотрел на друга.

— Ну что, Развей, рискнем?

— Я от тебя ответа жду. — Игорь Развеев был постарше товарища и не таким «хлипким», ломку переносил стойко.