— Пойдем со мной, — тихо произнес незнакомец в черном, протягивая руку.

Девочка затихла и нерешительно вгляделась в его лицо. У других мужчин были безжалостные глаза, этот смотрел иначе.

Он сунул руку в карман куртки и вытащил фотографию, на которой был снят вместе с родителями девочки. Она так давно не видела маму и папу…

— Не бойся, Кэтрин. Меня зовут Бен, и я пришел, чтобы помочь тебе. Твои родные ждут.

По ее щекам покатились слезы.

— Ты полицейский? — шепотом спросила она.

— Нет, — ответил он. — Просто друг.

Бен осторожно приблизился, и девочка позволила ему взять себя за руку и помочь встать на ноги. Под тканью давно нестиранной блузки ощущалось костлявое тело. Она не сопротивлялась, когда он вывел ее из комнаты, и никак не отреагировала на двух мертвецов, распластавшихся на полу кухни.

Оказавшись на улице, девочка заморгала: отвыкла от дневного света. На ногах она держалась плохо, и Бен отнес ее в лендровер, спрятанный в кустарнике шагах в пятидесяти от дома, усадил на заднее сиденье и укрыл одеялом.

Он снова посмотрел на часы: если распорядок дня не изменился, то через пять минут приедут еще трое.

— Нам пора.

Девочка что-то тихо ответила.

— Что ты говоришь? — переспросил он.

— А как же Мария? — повторила она, подняв взгляд.

Бен прищурился.

— Какая еще Мария?

— Она там осталась… — Кэтрин показала на дом.

— Мария тоже девочка? Ее держали вместе с тобой?

Кэтрин хмуро кивнула.

— Ладно, — решился Бен. — Посиди здесь минутку, никуда не уходи. Обещаешь?

Она снова кивнула.

— Где ее держат?

Через три минуты Бен нашел Марию. По дороге пришлось пройти через полутемную комнату, где вокруг разворошенной узкой койки были установлены на треножниках камеры, в углу валялись дешевые софиты, на низком столике стоял включенный телевизор и видеоплеер. Он задержался на мгновение, вглядываясь в беззвучную картинку на экране. Бен узнал одного из двух мужчин, которых застрелил на кухне. Обнаженной, извивающейся девочке в снятом любительской камерой фильме было не больше двенадцати.