Он позвонил в дверь, продолжая ощущать на себе взгляды из боковых окон. Дверь отворил крупный мужчина в белой ливрее, стоящий за порогом словно стена. В кобуре под мышкой у него был весьма профессионально спрятан небольшой пистолет, скорее всего – «Беретта» двадцать четвертого калибра. Неопытный взгляд не обнаружил бы его едва заметные очертания.

– Слушаю вас, – сказал он.

– Доброе утро, – доброжелательно промолвил Римо. – Я пришел, чтобы убить мистера Тургуда. Он дома?

Дворецкий моргнул.

– Что?!

– Я пришел, чтобы убить мистера Тургуда. Позвольте войти.

– Вы сошли с ума!

– Послушайте, у меня очень мало времени.

– Вы сумасшедший.

– Как бы то ни было, стоя в дверях я не могу выполнить свою работу, поэтому, будьте любезны, разрешите войти.

– Сэр, не хотите ли выпить воды?

Римо переложил в левую руку обе упаковки с героином, и пока дворецкий сопровождал взглядом это движение, ударил его освободившейся правой рукой в горло. Прямая, твердая словно лезвие ножа ладонь метнулась вперед и назад неуловимым движением языка лягушки, поймавшей муху. Дворецкий застыл как парализованный, глаза широко раскрылись, руки поднялись к горлу, рот открылся, наполнился кровью, и, издав булькающий звук, дворецкий, задыхаясь, рухнул наземь.

– Слуги нынче пошли не те, что раньше, – недовольно пробурчал Римо и вошел в дом, переступив через тело, Он оказался в гостиной, оформленной на двух уровнях, с полированным каменным полом и стенами, увешанными на музейный манер живописными полотнами. Очень мило.

Заметив тело дворецкого, проходившая горничная закричала и уронила поднос. На крик, щелкая каблуками по каменным плитам пола, с пистолетом в руке прибежал человек, наблюдавший за Римо через окно справа. Пистолет – крупнокалиберный, кажется, «Магнум-357». Глупо, подумал Римо. Ему надо было воспользоваться преимуществом – дистанцией – и сразу стрелять. Не то, чтобы это его спасло, но он хотя бы умер, использовав оружие надлежащим образом.