– Неважно, закончены ли другие работы. Им нужны телефоны, и они их получат. Телефонная связь должна заработать к семнадцатому апреля. И меня не волнует, чего это будет стоить. К семнадцатому апреля!

Ладно, это начальство – телефонная компания – от них всего можно ожидать. Но профсоюз-то оказался еще похлеще! Все началось с проверки.

Джимми Маккуэйд сперва не понял, что это проверка. Его вдруг вызвал в штаб-квартиру в Вашингтоне сам вице-президент профсоюза. С компенсацией расходов на дорогу и вынужденного простоя. Маккуэйд решил, что речь, должно быть, пойдет о профсоюзной работе в масштабе страны.

– Вы, наверное, хотите узнать, для чего мы вас пригласили, – начал разговор вице-президент, сидящий за таким же в точности столом, как и у вице-президента телефонной компании, только у того окна кабинета выходили на озеро Мичиган, а здесь – на монумент Вашингтона.

– Нет, – пошутил Джимми, – я думал, что мы во что-нибудь сыграем, в гольф, например, и приятно проведем время.

– Хе-хе-хе, – засмеялся вице-президент абсолютно невеселым смехом. – Маккуэйд, вы хороший член профсоюза?

– Я руковожу отделением.

– Вы любите свой союз?

– По-моему, да.

– Если бы вам пришлось защищать интересы профсоюза и это грозило бы тюрьмой, вы бы не отступили?

– Если бы что-то угрожало союзу?

– Да.

Джимми Маккуэйд подумал и ответил:

– Я бы стоял до конца.

– Как вы считаете, имеет ли кто-нибудь право вмешиваться в профсоюзные дела?

– Нет, если союз действует в рамках закона.

– А считаете ли вы возможным сообщать кому-то вне союза о наших делах?

– Конечно нет, черт возьми!

– Даже если это полиция или что-то в этом роде?

– Даже тогда.

– Вы настоящий патриот союза. О вас хорошо отзываются и в профсоюзе, и в компании. Мы начинаем один проект, очень важный для всех патриотов союза. Я не вправе рассказывать вам, почему он так важен. Учтите, мы не заинтересованы в его рекламе.