Грей согласно кивнул и снова посмотрел на Ребуса.

– Так вы действительно что-то видели?

– Да, – заявил Ребус и уверенным тоном добавил: – Офицер, я видела все от начала до конца.

– И это несмотря на то, что в течение последних одиннадцати лет вы считаетесь абсолютно незрячей?

Раскаты хохота раздались в аудитории, преподаватель заколотил по столу, пытаясь восстановить порядок. Грей, расслабившись, смеялся вместе со всеми, подмигивая при этом Ребусу, плечи которого тряслись от беззвучного смеха.

Фрэнсис Грей изо всех сил старался воскреснуть и вернуться к прежней жизни.

– Я прямо чуть штаны не обмочил, – сказал Там Баркли, ставя на стол поднос с кружками.

После окончания занятий они обосновались в большем из двух кинкардинских пабов. За столом тесным кругом сидели все шестеро: Ребус, Фрэнсис Грей, Джаз Маккалоу, Там Баркли, Стью Сазерленд и Алан Уорд. Алан, которому было всего тридцать четыре, был самым молодым среди них и самым младшим по званию на курсе. Зато мнения о себе он был слишком высокого. Возможно, потому, что работал на юго-западе.

Пять пинтовых кружек пива и один стакан колы: Маккалоу собирался ехать домой, навестить жену и детей.

– А вот я, наоборот, делаю все, только бы не видеться со своими, – перед этим сказал ему Грей.

– Ну все, пошутили, и хватит, – объявил Баркли, с трудом усаживаясь на стуле, – я и так чуть не обмочился. – Он весело посмотрел на Грея и со смехом добавил: – Последние одиннадцать лет вы слепая.

Грей поднял кружку.

– Вот мы какие, да разве таких еще найдешь?

– Да ни в жизнь, – отозвался Ребус. – Все, кто чего-нибудь стоит, торчат на этих проклятых курсах.

– Улыбайся и терпи

– Интересно, а крошка Андреа улыбается, когда терпит? – спросил Стью Сазерленд.

– Попрошу без пошлых шуточек, – погрозил пальцем Фрэнсис Грей.