– Вы знакомы? – удивилась Моника.

– О да, – ответил Жан-Клод. – Мы с мисс Блейк уже встречались.

– Я помогала полиции, когда они работали в Приречье.

– Она у них по вампирам эксперт.

Последнее слово прозвучало тихо, тепло и в чем-то неясно оскорбительно.

Моника хихикнула. Кэтрин глядела на Жан-Клода широко раскрытыми невинными глазами.

Я коснулась ее руки, и она дернулась, будто проснулась. Я не стала шептать, потому что он меня все равно бы услышал.

– Очень важный элемент техники безопасности – никогда не гляди в глаза вампира.

Она кивнула. В ее лице мелькнула первая тень страха.

– Я бы ни за что не стал вредить такой прекрасной молодой женщине.

Он взял руку Кэтрин и поднес ко рту. Всего лишь касание губ. Кэтрин вспыхнула.

Монике он тоже поцеловал руку. Потом поглядел на меня и рассмеялся.

– Не тревожьтесь, мой милый аниматор. Я не трону вас. Это было бы нечестно.

Он встал со мной рядом. Я смотрела ему в грудь, не отрываясь. Там, в этих кружевах, был почти не виден шрам от ожога. В форме креста. Сколько десятилетий тому назад кто-то ткнул крестом в его плоть?

– Как нечестно и то, что у вас с собой крест.

Что я могла сказать? Он был прав по-своему.

Обидно, что вампиру наплевать на предметы, имеющие форму креста. Крест должен быть освящен и подкреплен верой. Атеист, машущий крестом на вампира, – зрелище поистине достойное жалости.

Мое имя, выдохнутое им, прошло дуновением по моей коже.

– О чем вы думаете, Анита?

Голос этот был такой чертовски успокаивающий. Мне захотелось поднять глаза к лицу, произнесшему эти слова. Жан-Клод был заинтригован моим частичным иммунитетом к нему. Этим – и еще ожогом в форме креста у меня на левой руке. Этот шрам его интересовал. Каждый раз он изо всех сил пытался меня очаровать, а я изо всех сил пыталась не обращать на него внимания. До сих пор я выигрывала.

– Раньше вы никогда не возражали, что я ношу крест.