Он внимательно посмотрел сверху на Пембертона:

— Вы король Греции?

Пембертон без всякого выражения глядел на своего спасителя. Солнечный свет проникал в узкую шахту с косыми тенями, обрисовывая крепко сжатые губы, обветренную кожу и щетину, которая позволяла предположить, что сегодня утром незнакомцу побриться не пришлось. В полумраке блеснули черные глаза.

Пембертон не мог придумать ничего лучше, чем спросить:

— Разве я похож на грека?

Мужчина пожал плечами:

— Мне сказали, что он может быть здесь.

— Он здесь был. — Пембертон с трудом поднялся на ноги, не совсем понимая, почему разговор принял такое направление. — Останавливался у меня. — Он вспомнил, какое испытал потрясение, когда, вернувшись к себе на виллу, застал там греческого монарха: сад патрулируют новозеландские гвардейцы, офицеры связи что-то кричат в радиопередатчик, установленный у него в кабинете, а свободные от дежурства придворные сидят на террасе, непрерывно куря и играя в карты. — Его вывезли три недели назад, кажется, в Ханью.

— Значит, он не здесь. — Мужчина со щелчком вынул пустую обойму из револьвера и заменил полной, снятой с пояса. — Он бежал сегодня утром, и никто не знает, куда он направился. Мне велели поискать его здесь.

Пембертон прищурился:

— Кто вы?

— Грант. — Мужчина не стал протягивать ему руку.

— Джон Пембертон. Я руководитель раскопок.

— Поздравляю.

Грант убрал револьвер в кобуру и встал на колено, чтобы поднять автомат немца. Обшарив карманы мертвого солдата, он вытащил три запасных магазина и, к ужасу Пембертона, две ручные гранаты.

— Вы же не станете применять их здесь?

— Почему нет? — Грант заткнул гранаты за пояс, а ремень немецкого автомата перебросил через плечо. — Если вы беспокоитесь о сохранности фресок, так вы опоздали на пару тысяч лет. — Повернувшись, он начал подниматься по лестнице. — Подождите здесь.