– Телефон еще работает, Роджер?

– Боюсь, что нет, мисс Камерон. Слишком много помех из-за грозы. Сожалею, но в Ла-Гуардиа мы прибудем на час позже.

«Я опоздаю на свой собственный день рождения, – подумала Лара. – Там соберется весь цвет общества: двести гостей, включая вице-президента Соединенных Штатов, губернатора Нью-Йорка, мэра, звезд Голливуда, известных спортсменов и финансистов из полдюжины стран». Она лично утверждала список приглашенных.

Лара представила Большой зал «Камерон-плаза», где должен был состояться прием. Свисающие с потолка хрустальные люстры будут преломлять ослепительный свет в мириады лучей, сияющих алмазным блеском. На двести персон накроют двадцать столов: дорогие скатерти, фарфор, серебро, изящные бокалы. И в центре каждого стола – композиция из белых орхидей и фрезий.

По обеим сторонам зала приемов разместятся бары, а в середине – длинный буфет с вырезанным изо льда лебедем, вокруг которого будут стоять белужья икра, креветки, омары и крабы; в ведерках со льдом – шампанское. На кухне уже ожидает своего часа десятислойный торт. Официанты, швейцары, охранники – к назначенному моменту все будут на своих местах.

На эстраде танцевального зала разместится оркестр, готовый хоть до утра играть для танцующих на праздновании ее сорокового дня рождения гостей.

Ужин будет великолепным. Она сама составила меню: сначала гусиная печенка, затем грибной суп-пюре под нежной корочкой, потом филе из солнечника и, наконец, главное блюдо – барашек с розмарином, яблочное суфле с французской фасолью и салат из mesclun с ореховым маслом. А в завершение ужина подадут сыр и виноград, за которыми последуют праздничный торт и кофе.

Вечер обещает быть незабываемым. Она будет высоко держать голову и смотреть на своих гостей так, как будто ничего не случилось. Ведь она – Лара Камерон.