– Как видите, джентльмены, – заговорила Лара, – мы уже получили первую ссуду под закладную. Весь комплекс будет иметь семьсот двадцать гостиничных номеров, около тридцати тысяч квадратных футов жилых помещений для деловых встреч и гараж на тысячу автомобилей.

В голосе Лары слышалась прямо-таки неуемная энергия, в то время как изучавшие проект инвестирования японцы из последних сил боролись со сном.

Через два неполных часа переговоры закончились, они прошли чрезвычайно успешно. Давным-давно Лара усвоила одну истину: гораздо легче заключить сделку на сто миллионов долларов, чем получить взаймы пятьдесят тысяч.

Как только отбыла японская делегация, Лара встретилась с Джерри Таунсендом. Этот высокий человек, бывший голливудский рекламный агент, отвечал в «Камерон энтерпрайзиз» за связи с общественностью.

– Ваше сегодняшнее утреннее интервью по телевидению прошло просто великолепно. Уже была масса звонков.

– Как насчет «Форбз»?

– Все улажено. На следующей неделе ваш портрет будет на обложке журнала «Пипл». Видели посвященную вам статью в «Нью-йоркере»? Здорово, правда?

– Неплохо, – подойдя к своему столу, кивнула Лара.

– Сегодня на час назначено интервью журналу «Форчун».

– Я внесла некоторые изменения.

– Почему? – удивленно спросил Джерри.

– Встречусь с их репортером за ленчем.

– Хотите его немножко «подмазать»? Лара нажала кнопку интеркома.

– Зайди, Кэти.

– Хорошо, мисс Камерон, – раздалось в ответ. Лара снова повернулась к Таунсенду:

– Все, Джерри. Я хочу, чтобы вы и ваши люди сосредоточились на «Камерон-тауэре».

– Мы уже это делаем…

– Значит, надо делать больше. Мне надо, чтобы об этом писали в каждой газете и в каждом журнале. Поймите, ради Бога, это же будет самый высокий небоскреб в мире. В мире! Я хочу, чтобы все говорили о нем. К тому времени, когда мы его откроем, я хочу, чтобы люди умоляли меня предоставить им там апартаменты и магазины.